Сказка про аконит

akonit

В давние времена жил сапожник по имени Кришус, жил в своей лесной хибарке и тачал для гномов обувку. Маленькие синие башмачки.

Все было бы хорошо, не попадись парню ленивая жена. А в те времена, не в пример нынешним, лошадь поменять можно было, а жену никак — взял жену, так и доживай с ней свой век.

Откуда Кришусу, жившему в лесу, было знать, какой окажется его нареченная? Наговорили ему кумушки, забредавшие сюда по лечебные травы, что Керста девушка как девушка, в приданое у нее коза с двумя козлятами, а чего еще бедняку желать? Будет коза, будет молоко, козлят осенью зарежут на мясо, а жена за домом смотреть будет, так что он сможет больше своим ремеслом заниматься. Гномов-то полный лес — успевай только башмачки им тачать.

Что Керста очень ленива, обнаружилось сразу же после свадьбы, когда коза до самого вечера проблеяла недоенная. Пришлось Кришусу самому взять подойник, сесть козе на спину и выдоить ее.

Еще труднее пришлось сапожнику, когда аист принялся детей носить. Эта глупая птица не знает, наверное, куда их девать, и носит ленивым женщинам не меньше, чем радивым.

И так Кришусу со временем пришлось не только козу доить, на зиму сено косить, дрова заготавливать, но и детишек обмывать, пеленки стирать, да еще на всех еду варить. А сапожное дело тоже не забросишь, иначе как жить будешь.

Намастерив полный мешок башмачков, Кришус относил их гномам. Те, подсчитав, сколько пар он принес, расплачивались с ним.

Однажды, придя к гномам, Кришус обнаружил, что по дороге часть башмаков из мешка вывалилась. И как же им не вывалиться, когда в мешке оказалась большая прореха. Что поделаешь, за потерянные башмачки гномы платить не станут. Только странно, что на обратном пути Кришус, сколько ни искал оброненных башмачков, так и не нашел ни одного.

Вернувшись домой, Кришус попросил Керсту залатать мешок, а то как бы снова убыток не потерпеть. Керста обещала зашить, и, когда сапожник опять складывал в мешок свою работу, дыры как будто не было. Но пришел Кришус к гномам и опять половины башмачков не досчитался. Кришус осмотрел мешок — ну, конечно! — Керста так небрежно пришила заплату, что та сразу отвалилась.

Идет Кришус грустный домой, а оброненные башмачки кто-то уже подобрал.

Идет он идет, и видит: на обочине тропы старушка сидит, с мешком шишек на спине. Кришус снял шапку, поздоровался, а старушка просит его:

— Миленький, беда у меня стряслась — каблук у туфли отвалился. Сделай милость, выручи старуху.

Кршус не заставил долго просить себя, достал из кармана молоточек, гвоздики — тук-тук — и каблук прибит.

— Спасибо тебе, спасибо, сынок, — поблагодарила старушка. — А сколько ты с меня за работу возьмешь?

— Да что я с тебя возьму? — удивился Кришус. — Коли человек человеку не поможет, так кто же ему поможет.

— Ну, раз у тебя такое доброе сердце, так и я в долгу не останусь, — говорит старушка и достает из-за пазухи березовую веточку с тремя листиками. — Вот тебе ветка счастья. Сколько на ней листьев, столько твоих желаний исполнится. Иди себе счастливо и смотри, не плошай. А то опадет последний листок, и ты себе уже ничего пожелать не сможешь.

Расстались они и пошли каждый своей дорогой.

Кришус смотрим на ветку и усмехается про себя:

«Ну и потешная старуха! Как же это простая березовая ветка мои желания исполнить может. Уж лучше дала бы кусочек хлеба, страх, как есть охота…»

Только он выговорил это, как один листик, звякнув, упал наземь, и Кришусу прямо в руки прыгнул толстый ломоть хлеба.

Теперь сапожник убедился, что ветка его не простая, а старушка — не потешная. И, решив как следует обдумать, что пожелать себе, всю неделю прилежно тачал башмачки.

К гномам Кришус обычно шел по воскресеньям, тогда они сидели дома и могли примерить башмачки. Но нужда так прижала Кришуса, что он трудился ночи напролет, и в субботу закончил заказ, решив еще вечером отнести его.

Шел он по лесу и все думал, куда же все-таки подевались потерянные башмачки, и незаметно для себя воскликнул:

— Вот нашел бы я потерянные башмаки, так вдвое больше денег выручил бы!

Едва он произнес эти слова, как сразу очутился перед пещерой гномов!

И что он видит! Гномы, придя с работы, повесили промокшую обувь на кусты сушить. Кришус подсчитал — точно столько пар, сколько он всего сделал вместе с потерянными. Стало быть, маленькие человечки подобрали выпавшие из дырявого мешка башмачки, а ему об этом ни слова!

— Ах вон какие вы, приятели! — воскликнул обозлившийся Кришус. — Так пускай прирастут башмачки к ветвям, чтоб их не снять больше!

И тут Кришус хватился, что высказал два желания подряд, но уже было поздно. Достав березовую ветку, он увидел, что у нее облетели все листики.

— Эх, дурень я, дурень! — воскликнул Кришус. — Пожелал бы себе новый дом, корову и лошадь, да еще кучу денег впридачу! А теперь хоть локти кусай, все равно ничего не поправишь.

В воскресенье утром гномы хотели обуться, но — что за чудо! — башмачки приросли к кустам и ни за что не оторвать их. Остались человечки босые, а на кустах с тех пор растет цветок, похожий на синий башмачок. В народе его так и называют башмачок, а ученое его название — Аконит.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *